Культура

Памяти Андрея Дементьева: «Дух захватывало от его смелости»

Написано admin

Андрей Дементьев совсем немного не дожил до своего 90-летия. Поэт скончался в московской больнице.

Не проходило и двух месяцев, чтобы мы не перезванивались с Андреем Дмитриевичем. Поводов было хоть отбавляй. Он болел своим Домом творчества в Твери, устраивал там поэтические вечера, давал — по возможности — «зеленый свет» совсем юным дарованиям, сам разбирал их стихотворения, мог что-то ценное от себя подсказать…

По давней традиции «МК» печатал новые, «премьерные» стихотворения или даже целые поэмы больших мастеров — наших дорогих друзей. Так они и ушли поочередно: Вознесенский, Евтушенко, а теперь и Дементьев. Для нас это особенная боль. Ведь мы были, в какой-то степени, сопричастны его творчеству.

— Для меня Андрей Дмитриевич был тем самым редактором «Юности», который после долгого моего закрытия в русской литературе дал мне шанс напечататься. И я знал, что это все сложно, потому что эстетически и политически мы были очень разные. Тем не менее я еще тогда оценил возможности его плюрализма и полифонизма. Оценил красоту его характера, и всегдашнее желание помочь тому, кто находится в беде. Его талант, безусловно, принадлежал к тому времени, когда поэзия была больше, чем поэзия, — как говорил Евтушенко. Когда поэзия лечила, когда давала людям надежду. Так что Дементьев — тот самый «шестидесятник», который принадлежал к движению, освободившему нас от страшного ига тоталитаризма. Огромное ему спасибо. И мы сейчас в боли, в несчастье по поводу его смерти. Талант его пребудет с нами всегда.

— Я тоже хочу сказать о нем как о редакторе. Конец 1980-х сейчас вспоминают как нечто ужасное, а на самом деле это были годы турбулентные, годы больших надежд. И в первую очередь это отразилось на литературе: книги, десятками лет запрещенные, вдруг становились достоянием народа. Именно народа, потому что выходили огромными тиражами, тираж «Юности» превышал три миллиона! Как раз в это время печатался мой «Чонкин». И Дементьев как редактор давал ход таким вещам, что у некоторых дух захватывало от его смелости. Несмотря на противодействие и нападки. Но он выдерживал эту линию свободы, несмотря ни на что. В этом его огромный исторический вклад в дело ВОСКРЕШЕНИЯ русской литературы. И только за одно это ему можно быть благодарным.

— Ужасное ощущение от преждевременного ухода, несмотря на возраст. Дементьев был всегда энергичен и жизнелюбив. Он задавал тон праздника и заражал окружающих этим чувством. С ним хотелось общаться и бесконечно любоваться им. Мы всегда много говорили, не так давно проговорили целых пять часов. Его стихи были и будут любимы народом. Вспоминаю Тверь: Дом поэзии, отключили электричество, мы оказались в темноте и общались при свечах. Андрей Дмитриевич читал стихи и много говорил о литературе. Он всегда будет вспоминаться живым, молодым, чей возраст неуловим. Дементьев всегда сопереживал народу и непреодолимо добивался справедливости…

— Скорблю, потому что ушел из жизни крупный русский поэт, один из самых известных за последние полвека. Очень обидно, что он не дожил трех недель до своего 90-летия, к которому мы так долго готовились. Ничто не предвещало это роковое событие. Я с ним не так давно общался, виделись, был с ним на телеэфире, он был бодр, обсуждали предстоящий юбилей. Почти никто из российских писателей не доживал до такого возраста. Конечно, были такие как Некрасов, Фет, но их буквально несколько человек. Мы все даже шутили, что он должен дожить до 100 лет, как его отец.

Дементьев оставил большой след в моей жизни. Очень люблю его стихи, слушаю песни по ним. Вот взять любого поэта, например Бродского. Он превосходнейший поэт, но по его стихам песни не поют, а по Дементьеву поют. Он был улыбчивый, доброжелательный и мягкий, но жесткий как редактор. Не по отношению к писателям, а к власти. Он всегда бился за возможность опубликовать материал, в том числе и за мои тексты.

В историю вошел знаменитый ответ Дементьева цензору про повесть «Сто дней до приказа». Повесть не пропустила военная цензура, однако после посадки немецкого пилота Матиаса Руста на Красной площади в 1987 году Дементьев позвонил в военную цензуру и уведомил о печати повести. На что цензор ответил ему: «Мы ее не пропустим». А Дементьев сказал: «Лучше бы вы Руста не пропустили!» И в конечном итоге повесть опубликовали. И он помогал не только мне. Он даже возвращал писателей, уехавших из страны. Он был очень смелый редактор. Дементьев уникален тем, что его лирика оптимистична, его печать светла. Он развивал традицию светлой грусти. И вот таких светлых поэтов очень мало. Остается вспоминать его, его стихи и его знаменитую «голливудскую улыбку»…

— В известие о его кончине трудно поверить, потому что еще совсем недавно, в начале июня, Андрей Дмитриевич собирал огромнейшую аудиторию любителей поэзии на книжном фестивале на Красной площади. Было заметно, что он чувствовал усталость, но был невероятно силен духом. Много общался с читателями и с огромным воодушевлением читал свои стихи. Очередь желающих пообщаться с ним и подписать любимые книги не иссякала почти три часа.

— Трудно говорить о нем в прошедшем времени. Невозможно… Он всегда шел навстречу с улыбкой и вместо «здравствуй» произносил сакраментальное «ну как, пишется?» Видимо, слова «жить» и «творить» были для него синонимами. Андрей Дмитриевич навсегда останется в моем сердце, и не только в стихах, в истории эпохи, но в памяти всех, кто хотя бы раз соприкоснулся с его человеческой личностью. В нем удивительно сочетались мягкость, безграничная доброта и твердость в отстаивании своих взглядов и принципов. Качества настоящего поэта и гражданина. Его — одного из немногих — любили все. В нем не было ни снобизма, ни звездности, а было искреннее участие в судьбе каждого, кого он знал, стремление помочь и поддержать. Хотя творческим людям присущ дух соперничества, ему это было совершенно чуждо. Трудно даже предположить, сколько начинающих молодых поэтов услышали от него добрые слова, получили столь необходимое в начале творческого пути внимание мэтра. А у него самого будто и не было проблем… Он любил свою страну, Волгу, родной город Тверь — никогда его не забывал, постоянно занимался своим детищем — тверским Домом поэзии. Когда уходит такой поэт, другие поэты, провожая его, должны читать его стихи и стихи в его честь. Как он сам писал когда-то другому…«Лишь только бы звучал твой голос снова…».

★★★

Поскольку мы постоянно были на связи в течение многих лет, накопились самые разные высказывания Андрея Дементьева, мимо которых сложно сейчас пройти.

Читайте наши новости первыми — добавьте «МК» в любимые источники.

Источник: mk.ru

Об авторе

admin

Оставить комментарий